|
Ловкие изобретения
К ловким изобретениям Лаваля нужно, бесспорно, причислить умение облекать политику военного блока с империалистической Германией в различные формулы «европейской общности» и «единства Европы». Повествуя о своих беседах с Гитлером, Лаваль, не ведая будущего, восклицает: «Гитлер — великий человек, который знает, что он делает и куда он идет... Фюрер предложил Франции сотрудничество, и было бы, конечно, преступлением против Франции отказаться от этого предложения». Лаваля преследует мысль, что нужно как можно скорее установить тесное сотрудничество с гитлеровской Германией, чтобы опередить Англию, которая может не сегодня-завтра заключить компромиссный мир с рейхом. «Сотрудничать — таков наш выбор, — заявляет он. — В этом случае Англия будет платить. Если же, к несчастью, Англия добьется компромисса, платить придется нам. Нужно защищать наши интересы.
С Гитлером мы говорили о мире. Будут иметь место, конечно, территориальные изменения, но в целом мы не потеряем империю. Можно, например, обменять Тунис на Нигерию». И далее: «Надо придать Африке более европейскую организацию. Франция сохранит в Африке хорошие позиции, нужно только рассматривать Африку в качестве продолжения Европы». Те полгода, что Лаваль первый раз находился у власти в Виши вместе с Петэном, фактически взяв в свои руки всю практическую политику вишистского государства, были месяцами его первого крупного просчета после перемирия.
Во внешней политике Гитлер отнюдь не торопился предоставить побитому французскому империализму почетное место в «новой Европе», а скорее предпочел выделить Франции роль покорного и бесправного сателлита. Германия грабила Францию, и, хотя часть крупных французских промышленников наживалась на военных поставках рейху, это было, конечно, маловато по сравнению с прибылями их германских коллег. Громадные контрибуции, выплачиваемые Францией, позволяли германским монополиям скупать акции французских компаний и прибирать к рукам французскую экономику.
Англия не капитулировала. Надежды удовлетворить за ее счет вожделения Германии и Италии в колониях казались все менее и менее реальными. Напротив, пользуясь своим преимуществом на море, английское правительство, выдвигая в качестве политического оружия комитет де Голля в Лондоне, отрывало у Виши одну за другой французские колонии, где утверждались деголлевские власти. Все более настойчивое стремление Лаваля пойти ва-банк и втянуть Францию в настоящую войну с Англией на стороне Германии пугало многих других членов вишистской клики, в которой были представлены основные монополистические группы деловой Франции. Такой шаг грозил переходом всей французской колониальной империи в руки США и Англии, хозяйничавших на морях. Что же касается внутренней политики Лаваля (сотрудничество с гестапо и германской полицией, аресты, пытки, расстрелы заложников, расистские преследования), то она вызвала по всей Франции глубокую ненависть, не сделав фашистский режим Виши сколько-нибудь прочным. Напротив, движение активного сопротивления началось именно в месяцы правления Лаваля.
Спортивные танцы и физическая культура
***
Московские бульвары
***
Русское деревянное искусство мастера
|
|
|
|